Кривой Порог
Не щади рукав...
Её звали Рокди и она пришла из Герристоуна. У этого места было и другое название, но мои односельчане предпочитали, при одном лишь упоминании сплёвывать через плечо и делать двумя пальцами неприличный жест, отгоняя нечистую силу. "Гиблое место", "Дрянное место" - вот самые мягкие эпитеты, которые они позволяли себе в отношении этого села. И не зря...
Под зловещей сенью Темнолесья по определению не могло быть светлого места с добрыми или хотя бы дружелюбными людьми. Потому-то и к Рокди отнеслись настороженно. Я удивляюсь - по сию пору - как не прогнали её сразу, или, почему сразу не вздернули на вилы, почему разрешили остаться?

Не так уж мало людей в нашей деревне, не так уж мало и по сию пору и женщин, так что для меня загадка, почему её встретили всего лишь настороженно, а не с кольями. Ей разрешили остаться и даже дали жилье, позволив сперва поселиться в доме бывшей знахарки. Та отошла в мир иной вот уже пять лет как, детей не осталось, а селиться в заброшенном доме на краю села, в доме, где неприветливо скрипят ставни, не хотел никто. Разное говорили про этот дом, ох разное...
В те времена я еще слыхом не слыхивал о драконах. Зато порядочно знал об умертвиях и нежити. Ох, те бы мои знания...я предпочел бы никогда их не получать.
Покосившаяся зеленая крыша зловеще темнела в сумерках гигантским листом подорожника. Мало кто осмелился бы прийти к дому бывшей знахарки, кривой на один глаз бельмастой старухе Рине. Но к Рокди...к Рокди стали приходить. Женщины смотрели на неё косо, соседи шептались за спиной. Она, гибкая, светловолосая и стройная, в коричневых кожаных штанах и такой же шнурованной сыромятной жилетке заставляла провожать себя взглядами, даже когда, когда просто шла по воду. Рокди...
Порой я задаюсь вопросом - случайно ли выбрал меня колдун, или все же...?
Но не стану отступать от моего поветствования. Покончив с дневной работой я отправился к ней - любопытство пересилило, я не был знаком с новой обитательницей домика знахарки, в окнах которого уже горел свет.Темные извилистые тропинки села влажно чавкали под моими ногами, калитка с калечным скрипом отъехала в сторону. Хозяйка не удивилась моему стуку в дверь.
- О, да у меня гость, заходи. Как тебя зовут?
Я назвал моё имя, и гладкая волна светлых волос насмешливо опустилась вниз:
- Думаю, моё имя тебе известно, не так ли? Проходи.
Я заозирался. Я не был здесь с тех пор, как матушка носила меня сюда заговаривать от порчи, и с тех пор здесь многое поменялось. Мне, малому, чудилось, будто бы со стен на меня смотрят страшные лохматые морды, с черными завитушками на щеках и огромными рогами. Я жался к матери и скулил, будто щенок, а свеча чадила и коптила в углу...тени плясали на стенах, складываясь в зловещие символы.
Трещины на старых стенах. Колченогий и грязный стол, кое-как застеленная кровать. Ничего страшного, ничего зловещего, просто неубранное, старое жилье с запахом паутины и плесени. Хозяйка стояла посреди дома, скрестив на груди руки. Вряд ли она была старше меня на много, но тогда мне казалось именно так. Высокая грудь мягко выделялась под кожаной безрукавкой и я мог бы поклясться, что тугие концы шнурков специально расположились со своими фигурными завязками прямо на сосках.
Я не мог отвести взгляда.
Не мог всё.
Рокди насмешливо ждала.
- Ну, и? Зачем пришел? Заговорить ногу? Или руку?
- Посмотреть, как ты живешь, - я кое-как поднял взгляд, хотя получилось, надо думать, не очень - как будто меня перекосило на один глаз, и к тому же задергалась сама собою щека.
- Честный ответ. Ваши мужики навещают меня часто, но вовсе не за тем, за чем ты мог подумать, - Рокди, наконец-то, села и теперь смотрела на меня снизу вверх, но только не в переносном смысле, - ситуацию контролировала она, не я.
- Я был здесь ребенком, - продолжил я, переглотнув, - знаешь, я запомнил, что здесь страшно. И жутко...а у тебя - обыкновенно. Ничего общего с тем, что я видел в детстве.
Она вдруг усмехнулась. Улыбнулась, как обычная девушка - тепло и спокойно. С лица спала эта настороженно-насмешливая маска.
- В детстве все кажется иначе. Страшнее, больнее и сказочней. А потом мы возвращаемся в эти места и не понимаем - что же привлекало нас? неужели вот эти мелочи блестели, звали, манили? Неужели эта горстка дешевых блесток была алмазами?
Она говорила, и я сам не заметил, как сел. Не заметил, как вступил в беседу. Медовый вереск её слов увлекал меня всё дальше и дальше.

@музыка: Легкой смерти тебе, мой друг

@темы: Когда заснет их чудный мир, Здесь много радующих лиц, Кривой Порог